Отстоять свободу высказывания мнений — через ЕСПЧ. Марийский опыт

11 октября 2021

 

Автор статьи: Дмитрий Любимов.

Источник: IdelРеалии*, Отстоять свободу высказывания мнений — через ЕСПЧ. Марийский опыт

 
 

 

ЕСПЧ признал, что российские власти нарушили право на свободу выражения мнения (ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека), и присудил Евгению Шевелеву компенсацию в размере 9 480 евро, из них компенсация морального вреда — 7500 евро

В конце сентября Европейский суд по правам человека защитил права осужденного за критику главы Марий Эл пенсионера из поселка Медведево Евгения Шевелева, выступившего на митинге, состоявшемся в Йошкар‐Оле более семи лет назад. О том, что представляет из себя кейс Шевелева, и как правозащитники помогают жителям Марий Эл отстаивать свои интересы, защищая их в международных судебных инстанциях — в материале «Idel. Реалии» .

Выступление на митирге

— Пошел туда, потому что товарищи придут, пенсионеры. Думаю встретиться, переговорить, — рассказывает 67—летний пенсионер из поселка Медведево в Марий Эл Евгений Шевелев. Семь лет назад он стал участником митинга «Где дороги», проходившего в Йошкар‐Оле. Митинг организовало региональное отделение ЛДПР, а участвовали по оценкам СМИ примерно триста человек.

Организаторы публичной акции обращали внимание властей на проблему некачественных дорог в столице республики. В завершение микрофон предоставили всем желающим высказаться на актуальные темы. Шевелев тоже решил выступить. Он представился, сказал, где проживает. Евгений высказал мнение, что разрекламированная как проект «Единой России» программа «Хорошие дороги», на примере Марий Эл показывает, что властям, на самом деле «наплевать на наши дороги, понастроили вон себе офисы».

— Куда деваются деньги? Посмотрите на их коттеджи, дачи и узнаете, куда деваются деньги. Как воры в законе ставят смотрящего за городом Йошкар‐Ола, так и воры над законом поставили своего смотрящего Маркелова со своими подручными. Распилят они наш бюджет, наплевать им на нас, и пока у власти будет «Единая Россия», я думаю, перемен никаких не будет. А вот если мы… у них будет угроза потерять свою власть и свое мягкое кресло, свой пирог с маслом, лишь только тогда они начнут шевелиться, — сказал пенсионер.

Через некоторое время он узнал об интересе, который проявляют к нему представители правоохранительных органов:

— Вот меня из‐за слова «смотрящий» и стали крутить. Хотя есть словарь Академии наук, Словарь Ожегова. Там сказано, что это «указующий, опекающий, оберегающий». Ничего такого нету, — поясняет смыслы Евгений. — Ломали‐то в основном из‐за того: сознайтесь, что создали группу определенную, вас было мало, группа была против Маркелова (бывшего главы Марий Эл — ред). Пугали, что сын на работу не устроится, если не подпишу, а внуки в институт не поступят.

Нашли его легко, предполагает Шевелев — он же представился, назвал свой населенный пункт, сейчас вообще «по фотографиям легко находят». Тем более, что весь митинг снимал «человек в кожаном плаще и шляпе», видео которого, вероятно и попало в распоряжение оперативников. Дело пенсионера попало в ведение следователя по особо важным делам, он начал вызывать Евгения на допросы, повестки приносили его соседям.

— Я подписывать не стал ничего, — рассказывает Шевелев. Довольно быстро на него завели уголовное дело, в суде интересы жителя Медведево представлял адвокат по назначению.

— Он в суде первой инстанции защищал меня, хотя следователя поддерживал, — так описывает Евгений Шевелев свой судебный процесс, проходивший в Йошкар‐Оле. Он вспоминает, что адвокат «отказался от меня, когда я попросил в Верховный суд написать».

После назначенных судом штрафов пенсионер «вышел на улицы, чтобы люди узнали, что у нас творится». Он появлялся в разных районах города с плакатом «Меня признали врагом народа» на груди и с письменной просьбой‐объяснением о помощи в сборе денег на выплату назначенного судом штрафа в 27350 рублей. Поначалу такое публичное событие привлекало внимание правоохранителей, их «много набежало», когда пенсионер вышел к одному из супермаркетов в Девятом микрорайоне. Деньги удалось собрать достаточно быстро: «люди сами звонили, говорили — приходи туда‐то, мы денег тебе принесем».

Поддержка правозащитников

Суды в России признали пожилого человека виновным, и лишь поддержка правозащитных организаций, признанных в России «НКО, выполняющими функции иностранного агента» помогла отстоять права, признанные основными на международном уровне.

Правозащитники из межрегиональной общественной правозащитной организации «Человек и Закон» (включена Минюстом России в реестр НКО-иноагентов) связались с Евгением после публикаций о том, что он собирает деньги на сайте «7х7». Пока расследовалось его уголовное дело, Шевелев пришел в региональное отделение ЛДПР, там ему дали адрес правозащитников, но сразу он обращаться к ним не стал. Затем был суд, потом он собирал деньги.

Председатель организации Ирина Протасова говорит:

— Шевелев обратился к нам так как мы, по сути, являемся единственной в Марий Эл организацией, которая не боится защищать гражданских активистов. В свою очередь, мы решили связать его с Центром защиты прав СМИ (также включен Минюстом России в реестр НКО-иноагентов), т.к. именно он является экспертным в области защиты прав журналистов и в целом свободы слова на международном уровне.

1 сентября 2015 года старший юрист Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова подала жалобу в ЕСПЧ по делу Евгения Шевелева. В ней говорилось о нарушении статьи 10 Конвенции о защите прав человека, гарантирующей каждому свободу выражения мнения.

11 декабря 2018 Европейский суд по правам человека коммуницировал жалобу пенсионера из поселка Медведево. А 28 сентября 2021 года ЕСПЧ вынес решение по делу Шевелева. Суд признал, что было нарушено право пенсионера на свободу выражения мнений и информации. В соответствии с решением суда Российская Федерация обязана выплатить Евгению компенсацию в размере 9480 евро.

Кто, если не иноагенты

Источник фото: IdelРеалии

Правозащитники из Марий Эл помогли передать дело гражданского активиста юристам, имеющим практику работы именно в этом направлении. Ирина Протасова полагает, что межрегиональные связи ее организации позволяют жителям Марий Эл достойно и результативно защищать свои права и свободы.

— Во время телефонного разговора со мной Евгений сказал, что очень рад этому известию и хочет, чтобы его дело получило широкую огласку в СМИ, как пример того, что не нужно бояться критиковать власть, которая нарушает права граждан, — говорит председатель «Человек и Закон».

Жалобу в ЕСПЧ готовила старший юрист Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова. Она обращает внимание: Европейский суд отметил то, что российские суды не пытались рассмотреть — целью выступления пенсионера было привлечение внимания к состоянию дорог в Марий Эл. Выступление касалось публичной фигуры, главы республики. Мнение выступившего было жестким, но допустимым в тех обстоятельствах.

— Суд повторил мысль, которая уже есть в нескольких решениях против России: уголовное наказание за возможную диффамацию является чрезмерным вмешательством со стороны государства и оно неизбежно оказывает охлаждающий эффект на возможность свободно высказываться людям в России. Мы очень довольны тем, что спустя шесть лет в этом деле поставлена справедливая точка, — считает Светлана Кузеванова.

— Маркелова арестовали спустя полтора‐два года после моих судов, — говорит Евгений Шевелев. — Теперь я все эти праздники — 7 ноября, 1 мая, хожу в город. Очень хочется поучаствовать в митинге — но больше нет ничего, даже КПРФ у нас их не проводит.

На вопрос о том, удовлетворен ли он решением суда, он говорит — конечно. О хорошей новости из Страсбурга он узнал так:

— Племянница из Оршанки увидела в интернете, передала матери своей. А та уже своей сестре — моей жене. Денег этих, мы наверное не получим, Россия же говорит, что не признает приоритет международного права. Но мне важно было опротестовать решения наших судов. У меня же внуки подрастают, а следователь по особо важным делам сказал, что они из‐за моего выступления в институт не поступят…

Если же справедливость восторжествует до конца и Минфин России перечислит ему указанную в решении суда сумму, Евгений Шевелев рассчитывает помочь расположенной рядом с Йошкар—Олой Савинской школе‐интернату для детей с ограниченными возможностями здоровья.

— У меня отец был слепой, он эту школу заканчивал, — говорит 67‐летний пенсионер. — Я бы подсобил им. Для самого меня деньги роли не играют.

Другие случаи чрезмерного давления властей на свободу выражения мнений

Представители правозащитных организаций повторяют, комментируя дело Шевелева, что мысль о том, что уголовное преследование за публично высказанное мнение — чрезмерное вмешательство в право на свободу выражения мнения, уже не первый раз высказывается ЕСПЧ в решениях, вынесенных против Российской Федерации.

Для организации «Человек и Закон» — юридическое сопровождение дел гражданских активистов является одним из основных направлений деятельности, говорят правозащитники. В производстве было несколько похожих на «кейс Шевелева» дел.

В 2005 году журналист и общественный деятель Георгий Пирогов выступил на митинге «Марий Ушем» с критикой главы республики Леонида Маркелова. Он обвинил президента Марий Эл (высшая должность называлась тогда так) в ведении политической борьбы криминальными методами. Через два года мировой суд признал слова Пирогова клеветой и приговорил его к шести месяцам лишения свободы условно. Вслед за уголовным делом рассматривалось гражданское: Георгий Пирогов вновь был признан виновным, суд оштрафовал его на 30 тысяч рублей, обязал опубликовать опровержение. Журналист выполнил эти решения, но попытался опротестовать их. В 2017 году его жалобу коммуницировал ЕСПЧ. 14 января 2020 года Евроейский суд постановил, что в отношении Пирогова нарушена 10 статья Конвенции (свобода выражения мнения). Согласно решению суда, допустимая критика в адрес публичного лица не была превышена, а обсуждение на митинге имело общественный интерес и способствовало развитию политической дискуссии. Журналист и общественный деятель получил компенсацию материального ущерба в размере 850 евро и морального вреда — 9750 евро.

В 2012 году активист «Левого Фронта» в Йошкар‐Оле Павел Толмачев выступил на митинге, он говорил о том, что глава Марий Эл связан с бандитами и виновен в совершении некоторых преступлений. Через год суд приговорил его к общественным работам за клевету. Жалоба по делу Толмачева рассматривается комитетом по Правам Человека ООН.

Источник фото: IdelРеалии

Сопредседатель «Человек и Закон» Сергей Подузов говорит о том, что схожих с «кейсом Шевелева» дел в Марий Эл становится все больше. Правда, они уже касаются не свободы высказываний на митингах, а свободы выражения мнений в интернете.

— Алексей Серегин , Кирилл Ежов , Рамай ЮлдашОльга Асеинова — все эти люди стали жертвами жесткой интернет-цензуры, по нашему мнению, их дела были рассмотрены национальными судами без учета допустимых границ личного оценочного мнения, — считает Подузов. — Помимо вышеупомянутых дел, по которым наша организация уже оказала юридическую поддержку, есть и другие, в которых мы не участвовали. Самое страшное, во всей этой ситуации то, что запущенный однажды механизм остановить уже невозможно: дела против гражданских активистов штампуются, и людей привлекают к ответственности, в то время как бывшие когда-то у власти чиновники уходят с арены политических игр.

Подузов объясняет, как строится алгоритм взаимодействия с обратившимися за правовой поддержкой:

— Есть заявители, которые уже прошли все и всех (прошли через адвокатскую помощь, через обращения в прокуратуру, органы предварительного следствия, через судебные разбирательства) и приходят к нам, когда уже в их понимании только организация «Человек и Закон» может им помочь. А вдруг у них получится?

Другая категория обращающихся изначально идут в «Человек и Закон», как только по их оценке произошла несправедливость или возникла необходимость проконсультироваться с юристом. Таких людей больше, о деятельности правозащитной организации они уже знают.

Третья категория заявителей — люди, которых представители организации находят сами, и предлагают им свою правовую помощь:

— Из средств массовой информации мы узнаем о произошедших нарушениях прав человека, оцениваем перспективность разбирательства дела в национальных судах, а потом приглашаем в наш офис, назначаем встречу, — рассказывает сопредседатель организации.

Он добавляет, что с помощью интернета, социальных сетей сегодня можно легко найти сайт «Человек и Закон», контакты организации, прочитать о результатах ее работы.

— Мы видим по поисковым системам «Яндекс» и «Google», что люди ищут нас в поисковиках, а с помощью кнопки на сайте «Получить консультацию» мы получаем в месяц не один десяток запросов с просьбой помочь.

За последние годы на сайте ЕСПЧ опубликована информация о как минимум 15 жителях Марий Эл, выигравших дела в Европейском суде по правам человека. В их пользу взыскано более 250 тысяч евро. Это без учета добровольных выплат Российской Федерации по заключенным мировым соглашениям с обратившимися в ЕСПЧ жителей. По предварительным подсчетам правозащитников, эта сумма может быть сопоставимой с суммой выплат по решениям суда.

Все заявители, с которыми организация «Человек и Закон» работала получили назначенную судом денежную компенсацию.

Решения ЕСПЧ, согласно Конституции России, являются частью российского законодательства, говорят в правозащитной организации. Практику ЕСПЧ и его стандарты в рассмотрении своих дел наши суды обязаны воспринимать.

— Мы видим, что по некоторым категориям дел, суд использует стандарты и даже ссылается на решения ЕСПЧ, — говорит Сергей Подузов.

Два тезиса о сложностях работы правозащитников

Ирина Протасова напоминает, что работу правозащитных юристов осложняет то, что власти всячески стараются противостоять восстановлению нарушенных прав граждан.

— Дела тянутся годами, — рассказывает председатель организации. — И многие люди не выдерживают и отступают. Они просто прекращают борьбу на середине. Юристы тратят много сил и времени, и нередко все завершается тем, что человек забирает свои документы. До конца идут, как правило, активисты и общественные деятели. Было дело, когда в колонии убили парня и там есть доля ответственности колонии. Юристы подготовили иск, изучили массу документов, а мама погибшего не захотела взыскивать деньги с убийцы, а только с колонии просила. Она отказалась. Пожалела маму преступника.

В конце Протасова приводит пример сравнительной оценки роли защитников прав:

— В Англии юристу, который выиграл много дел против страны в ЕСПЧ парламент присвоил титул лорда за вклад в демократию и развитие страны. В России за то же присваивают титул иностранного агента.

Организации, включенные Минюстом России в реестр НКО-иноагентов, считают это решение дискриминационным, и заявляют, что обжалуют его в ЕСПЧ.

*Проект  «IdelРеалии» (внесен в реестр СМИ иностранных агентов).

picture picture