ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ Жалоба № 33177/07, поданная Борисом РЖАВИНЫМ против России 31 мая 2007 г.

25 мая 2010 г.

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

Жалоба № 33177/07,
поданная  Борисом Федоровичем РЖАВИНЫМ
против России
31 мая 2007 г.

ИЗЛОЖЕНИЕ ФАКТОВ

ФАКТЫ

Заявитель, господин Борис Федорович Ржавин, гражданин России, родился в 1937 году и проживает в городе Йошкар-Ола, Республика Марий Эл. Его интересы в суде представляют г-н А. Рыжов, г-жа О. Садовская и г-н И. Каляпин – юристы, практикующие в г. Нижнем Новгороде.

Обстоятельства дела

Обстоятельства дела, представленные заявителем, могут быть изложены  следующим образом. 

1.  События 17 декабря 2001 года

17 декабря 2001 года, примерно в 22.30, племянница заявителя  в сопровождении двух мужчин пришла в квартиру заявителя. Впоследствии  заявитель обнаружил, что один из мужчин являлся сотрудником Заречного отдела милиции г. Йошкар-Олы. Заявитель вышел в коридор в одном нижнем белье и босиком. Сотрудники милиции подозревали заявителя в том, что он разбил окно в квартире своей племянницы, и потребовали следовать за ними в Заречный отдел милиции. Заявитель отказался, предложив обсудить этот вопрос в своей квартире. Тем не менее, мужчина захлопнул дверь, заявив, что заявителю нет необходимости одеваться.

Племянница заявителя попросила соседей одолжить тапочки.  Мужчины заломили руки заявителя ему за спину и поволокли его к машине. Пока заявителя тащили по коридору, он потерял свои тапочки, так как они были ему малы.

Заявитель утверждал, что на улице было очень холодно, минус 21 градус по Цельсию.

Заявитель был доставлен в отдел милиции. В машине один из мужчин угрожал заявителю, пообещав отвезти его в лес и оставить там.

После допроса в отделе милиции, заявитель был отпущен домой. В ответ на жалобу заявителя о том, что он был босиком и в нижнем белье, милиционер предложил ему вызвать такси. Заявитель отказался, пояснив, что у него нет денег заплатить за услуги такси. Сотрудник милиции предложил заявителю либо отправиться домой пешком, либо взять такси. Заявитель выбрал последний вариант. Тем не менее, сотрудники милиции доставили заявителя домой на служебной машине и попросили 50 рублей за проезд, которые заявитель был вынужден выплатить.

19 декабря 2001 года заместитель начальника Заречного отдела милиции отказался возбудить уголовное дело по факту разбитого окна племянницы заявителя, объяснив это тем, что предполагаемый ущерб является незначительным.

2.  Расследование событий, произошедших 17 декабря 2001 года

Заявитель направил жалобу в прокуратуру г. Йошкар-Олы с просьбой возбудить уголовное дело против сотрудников милиции, участвовавших в событиях, произошедших 17 декабря 2001 года.

2 февраля 2002 года следователь прокуратуры г. Йошкар-Олы допросил  заявителя, его жену и 5 соседей, которые подтвердили версию заявителя о произошедших событиях, а также сотрудника милиции, который задержал заявителя, после чего следователь отказал в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием вины.

14 февраля 2002 года заявитель обратился в больницу г. Йошкар-Олы  с жалобой на боль в плече. После осмотра доктор поставил заявителю диагноз – посттравматический артрит плечевых суставов и прописал лечение.

7 апреля 2002 года заявитель обратился к прокурору Республики Марий Эл с жалобой на то, что сотрудники милиции применили по отношению к нему чрезмерную силу без необходимости, унизили его перед соседями и незаконно доставили его в отдел милиции для допроса в ночное время суток.

23 апреля 2002 года заявителя уведомили о том, что прокуратура начала проведение дополнительного расследования его жалоб на жестокое обращение со стороны сотрудников милиции. Однако, лишь две недели спустя, 6 мая 2002 года старший следователь прокуратуры г. Йошкар-Олы, изучив те же самые доводы, на основании которых было вынесено решение от 2 февраля 2002 года, прекратил проверку, указав следующее:

«На основании собранной информации, следственные органы  приходят к заключению, что сотрудник милиции, г-н С., который привез [заявителя] в Заречный отдел милиции, действовал в рамках проверки факта разбитого окна, принадлежащего [племяннице заявителя]. [Заявитель] был задержан и привезен в Заречный отдел милиции с целью проведения полного и объективного расследования, так как [племянница заявителя] указала на него, как на человека, подозреваемого в нанесении [ущерба], а [сотрудник милиции] г-н С. действовал в соответствии с имеющийся информацией. Более того, из показаний г-на С. и [племянницы заявителя] следует, что  [заявитель] добровольно проследовал за ними в [отдел милиции], и никто его не принуждал [к этим действиям]. Принимая во внимание вышесказанное, действия г-на С. не содержат признаков уголовного преступления, предусмотренного статьей 286 Уголовного Кодекса РФ, а именно превышения должностных полномочий.  Тот факт, что [заявитель] был доставлен в одном нижнем белье в Заречный отдел милиции в декабре, объясняется тем, что [заявитель] не смог надеть на себя одежду, так как дверь его квартиры неожиданно захлопнулась в тот момент, когда он вышел в коридор, не взяв с собой ключи. Факт, что  г-н С. попросил [племянницу заявителя] сходить к соседям и попросить тапочки свидетельствует о том, что г-н С. не намеревался доставить [заявителя] только в одном нижнем белье в Заречный отдел милиции. Но в связи с тем, что [заявителя] доставили в Заречный отдел милиции уже за полночь, было невозможно найти для него теплую одежду.

Факт того, что руки [заявителя] были заломлены за спину, а также факт применения физической силы не были объективно подтверждены [ничем],  кроме показаний [заявителя], и были опровергнуты г-м С. и [племянницей заявителя]».

Решение от 6 мая 2002 года было отменено, что привело к началу нового рассмотрения  жалоб заявителя.

29 июля 2002 года проверка была прекращена постановлением старшего следователя прокуратуры г. Йошкар-Олы, текст которого идентичен постановлению от 6 мая 2002 года.

Заявитель направил жалобу с детальным описанием событий, произошедших 17 декабря 2001 года, в Йошкар-олинский городской суд. Опираясь на медицинское свидетельство, выданное 14 февраля 2002 года, он также утверждал, что посттравматический артрит плечевых суставов – это результат того, что сотрудники милиции тащили его в милицейскую машину.

Между тем, прокуратура начала новую проверку по жалобе заявителя о жестоком обращении. Новое расследование привело к вынесению постановления от 18 августа 2003 года, которое включало в себя текст постановления от 29 июля 2002 года, а также дополнительный параграф, посвященный показаниям соседей заявителя.

Органы прокуратуры пришли к выводу, что эти показания были запутаны и ненадежны, так как соседи были свидетелями событий в ночное время суток, в условиях низкой освещенности, и сделали неправильные выводы, услышав шум и громкие крики в коридоре.

К жалобе, направленной в городской суд, заявитель также добавил жалобу на постановление от 18 августа 2003 года. В обоснование своей жалобы он представил в суд письменные заявления, сделанные двумя соседями. Соседи подтвердили, что они видели заявителя примерно в 23.00 17 декабря 2001 года, когда двое мужчин, держа его за руки, повели к машине. Заявитель был босой и в одном нижнем белье. Соседи подчеркнули, что они дали аналогичные показания в органы прокуратуры.

30 марта 2004 года Йошкар-олинский городской суд оставил в силе постановление от 18 августа 2003 года, установив, что расследование прокуратуры было тщательным, и что это постановление является вполне обоснованным.

В связи с кассационной жалобой заявителя 19 мая 2004 года Верховный Суд Республики Марий Эл отменил постановление суда от 30 марта 2004 года, и назначил повторное рассмотрение жалобы заявителя. Соответствующая часть определения звучит следующим образом:

«Судья, вынесший постановление [от 30 марта 2004 года], не провел тщательную проверку оснований и правовых основ постановления следователя.

В постановлении суда, признавшем законным постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, не исследованы все доводы [заявителя]; он указывает в своих заявлениях, что был доставлен в отделение милиции против своей воли, в нижнем белье в зимнее время года; его заявления носят категорический характер. Суд не рассмотрел жалобы [заявителя] о том, что расследование его жалоб не было проведено объективно, и [суд] не привел причины, отвергая его требования. Суд не привел основания, по которым [заявитель] мог бы клеветать на сотрудников милиции».

7 июня 2004 года Йошкар-олинский городской суд, опираясь на показания свидетелей со стороны заявителя, отменил постановление от 18 августа 2003 года и назначил новую проверку. В частности, городской суд подчеркнул, что события 17 декабря 2001 года, описанные заявителем, были подтверждены показаниями свидетелей и, следовательно, являются правдой. С учетом этих обстоятельств, органы прокуратуры были обязаны рассмотреть законность действий сотрудников милиции, когда они принудили раздетого заявителя проехать в отделение милиции в нерабочее время. Постановление от 7 июня 2004 года было подтверждено в кассационной инстанции 26 июля 2004 года.

11 августа 2004 года старший следователь прокуратуры г. Йошкар-Олы отклонил жалобу заявителя, не найдя достаточных доказательств жестокого обращения. Постановление от 11 августа 2004 года слово в слово повторяло постановление от 18 августа 2003 года. Однако старший следователь принял во внимание замечания городского суда и включил в текст постановления следующее заключительное обоснование:

«Однако все свидетели заявили, что сотрудники милиции сопровождали раздетого [заявителя] в отделение милиции поздно ночью, в зимнее время года. В соответствии со статьей 11 Федерального закона «О милиции», чтобы выполнить обязательства, возложенные на них, сотрудники милиции имеют право получать необходимые сведения от граждан и должностных лиц. В соответствии со статьей 12, сотрудники милиции имеют право применять силу. Сотрудники милиции имеют право применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, для пресечения преступлений и административных правонарушений, задержания лиц, их совершивших, преодоления противодействия законным требованиям, если ненасильственные способы не обеспечивают выполнения возложенных на милицию обязанностей. Сотрудник милиции, г-н С., имел все основания заключить, что [заявитель] совершил преступление, так как [племянница заявителя] указала, что [заявитель] разбил окно в ее квартире. В связи с тем, что [заявитель] отказался давать показания г-ну С., у г-на С. не было другого выбора, как сопроводить [заявителя] в отделение милиции. В условиях, когда было невозможно предоставить [заявителю] теплую одежду, г-н С. был вынужден сопроводить раздетого [заявителя] в отделение милиции.

Из показаний г-на С. и [племянницы заявителя] следует, что никто, кроме них, не присутствовал в тот момент, когда [заявителя] доставляли в Заречный отдел милиции 17 декабря 2001 года.

[Соседи заявителя], г-жа К. и г-жа П., пояснили, что сотрудники милиции сопровождали [заявителя] к машине. [Другая соседка], г-жа Ки. не помнит сколько человек сопровождали [заявителя]; возможно их было двое. Г-жа Г., заявила, что [заявитель] был в сопровождении двух мужчин и женщины. Тем не менее, все [свидетели] заявили, что события произошли ночью.

Расхождения между их показаниями свидетельствуют о том, что принимая во внимание тот факт, что было темно и не было достаточного освещения, они могли неправильно понять и оценить ситуацию, учитывая тот факт, что [заявитель и его племянница] спорили в коридоре».

10 ноября 2004 года Йошкар-олинский городской суд, рассмотрев жалобу заявителя, признал постановление от 11 августа 2004 года незаконным, указав на «крайне формальный характер» прокурорской проверки. Городской суд составил длинный список недостатков, которые должны быть устранены следственными органами в рамках новой проверки. В частности, городской суд подчеркнул, что необходимо установить, действительно ли сотрудник милиции, г-н С., действовал в рамках своих должностных полномочий; имел ли он право осуществлять расследование по жалобе [племянницы заявителя]; был ли заявитель допрошен в отделении милиции 17 декабря 2001 года, и если да, то какие показания он дал. По мнению суда, было важно установить точную последовательность событий, произошедших 17 декабря 2001 года, начиная с предполагаемого разбитого окна. Городской суд отметил, что официальные документы милиции не содержат никакой информации  о жалобе племянницы и полномочиях г-на С. действовать по этой жалобе. Городской суд был особенно возмущен тем фактом, что постановление от 11 августа 2004 года было полностью идентичным постановлению от 18 августа 2003 года, и что следовать не предпринял никаких процессуальных действий в рамках нового расследования в 2004 году.

27 ноября 2004 года старший следователь снова отказал в возбуждении уголовного дела. Это решение было признано законным и обоснованным Йошкар-олинским городским судом при рассмотрении жалобы заявителя 3 марта 2005 года. Однако 6 апреля 2005 года Верховный Суд Республики Марий Эл не согласился с выводами городского суда, отметив, что следственные органы в очередной раз проигнорировали тот факт, что заявитель был раздетый и босой, в тот момент, когда его доставили в отделение милиции ночью, в зимнее время суток.

10 июня 2005 года новое расследование было закрыто постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела. Взяв текст предыдущих решений следователя, старший следователь дополнил их, написав о невозможности собрать дополнительные доказательства, а также о том, что соответствующие документы были уничтожены в силу времени, которое прошло после событий, о которых идет речь.

Постановление от 10 июня 2005 года, также как и последующее постановление от 18 августа 2005 года об отклонении жалобы заявителя, было отменено вышестоящим прокурором.

24 ноября 2005 года снова допросив заявителя, его племянницу, сотрудника милиции г-на С. и соседей заявителя, старший следователь закрыл расследование, заявив, что в действиях г-на С. нет никаких доказательств совершения уголовного преступления. В этом решении старший следователь впервые сослался на медицинское свидетельство от 14 февраля 2002 года, когда заявитель обратился в больницу. Соответствующая часть решения звучит следующим образом:

«Не существует никаких доказательств, что после того как [заявителя] привезли в отделение милиции 17 декабря 2001 года, [заявитель] пожаловался об ухудшении своего здоровья в какое-либо медицинское учреждение. В 1980 году [заявитель] проходил лечение остеохондроза в городской больнице, а затем он проходил лечение в различных медицинских учреждениях. Материалы расследования содержат свидетельство, выданное в травматологической больнице, от 14 февраля 2002 года, когда [заявитель] обратился туда с жалобой на избиение [около его дома]; ему был поставлен диагноз – травматический артрит плечевых суставов. Впоследствии, когда ему задавали вопросы о его посещении травматологической больницы, [заявитель] объяснил, что 17 декабря 2001 года его руки были связаны, когда он был доставлен в Заречный отдел милиции. В связи с этим, необходимо критически оценить его жалобы об ухудшении здоровья  в результате того, что его доставили в Заречный отдел милиции».

15 февраля 2007 года Йошкар-олинский городской суд оставил постановление в силе, отметив, что следователь «исчерпал все возможности для обнаружения признаков уголовного преступления». Это решение было оставлено в силе Верховным судом Республики Марий Эл 9 апреля 2007 года.

  1. Процессуальные действия по возмещению ущерба

Между тем, 25 октября 2005 года заявитель подал иск против Федерального казначейства Республики Марий Эл, прокуратуры г. Йошкар-Олы и прокуратуры Республики Марий Эл о предоставлении компенсации по возмещению нематериального ущерба, нанесенного в результате событий, произошедших 17 декабря 2001 года, и неспособности властей осуществить эффективное расследование его жалоб, касающихся этих событий.

17 ноября 2005 года Йошкар-олинский городской суд отклонил иск, посчитав, что нет никаких причинно-следственных связей между ущербом, понесенным заявителем, и действиями казначейства и органов прокуратуры. Это решение вступило в силу 15 декабря 2005 года, когда Верховный Суд Республики Марий Эл подтвердил его в кассационной инстанции.

5 сентября 2006 года заявитель подал аналогичный иск, но на этот раз против Министерства финансов Республики Марий Эл и сотрудника милиции С. Ссылаясь на статьи 3, 5 и 13 Европейской конвенции по правам человека, и ссылаясь на решение Суда по делу Аксой против Турции (18 декабря 1996 года, Сборник Постановлений и Решений 1996-VI), заявитель жаловался на бесчеловечное и унижающее достоинство обращение со стороны милиции, а также незаконное лишение свободы 17 декабря 2001 года. Кроме того, он жаловался на невозможность получения эффективной защиты своих прав, предусмотренных Конвенцией.

3 ноября 2006 года Йошкар-олинский городской суд, опираясь на постановление следователя от 24 ноября 2005 года, и отметив, что нет никаких доказательств, что г-н С. действовал незаконно, 17 декабря 2001 года отклонил иск.

5 декабря 2006 года Верховный суд Республики Марий Эл оставил решение в силе, указав, что не было никаких доказательств того, что права заявителя, предусмотренные Конвенцией, были нарушены. Верховный суд также отметил, что решение Европейского суда по правам человека по делу Аксой против Турции, приведенное заявителем, не имеет отношения к его делу, так как оно было принято против другого государства, а не против Российской Федерации.

ЖАЛОБЫ

Заявитель жаловался на нарушение статей 3, 5, 8 и 13 Конвенции в связи с тем, что он подвергался бесчеловечному и унижающему достоинство обращению со стороны сотрудников милиции, что  лишение его свободы 17 декабря 2001 года было незаконным и у него не было эффективных средств защиты своих прав, так как местные власти отказались возбуждать уголовное дело по его жалобам о жестоком обращении и не приняли его гражданских исков.

ВОПРОСЫ К СТОРОНАМ

1.  Что касается событий, произошедших 17 декабря 2001 года, был ли заявитель подвергнут бесчеловечному или унижающему достоинство обращению в нарушение статьи 3 Конвенции? Принимая во внимание процессуальную защиту от бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, нарушило ли расследование, проведенное местными властями в данном деле, статью 3 Конвенции?

2.  Имел ли заявитель в своем распоряжении эффективные средства правовой защиты по своей жалобе по статье 3, как это предусмотрено статьей 13 Конвенции?

3.  Был ли заявитель лишен свободы 17 декабря 2001 года в нарушение статьи 5 § 1 Конвенции?

Перевод изложения фактов по жалобе № 33177/07 Ржавин против России выполнен сотрудником РОО «Человек и Закон», Сергеевой Л.С.